Аргентина'97: Моторы Peugeot

Будущий победитель Жак Вильнёв лидирует на стартовом отрезке Гран При Аргенитины 1997 года
Гонка #600: 13 апреля 1997 года. Гран При Аргентины
Поул Жак Вильнёв (Williams FW19) - 1.24,473 (181,506 км/ч)
Лучший круг Герхард Бергер (Benetton B197) - 1.27,981 (174,269 км/ч)
Победитель Жак Вильнёв (Williams FW19) - 1:52.01,715 (164,155 км/ч)

Аргентинский этап Формулы 1 в 1997 году получился богатым на события. Общий тон гонке задал старт: два предыдущих Гран При в том сезоне уже начинались с аварий в первом повороте, и в Буэнос-Айресе традиция продолжилась. Лишь троим удалось проскочить скоростной правый вираж без проблем, после чего Stewart Рубенса Баррикелло развернуло на 180 градусов, пилот вдавил в пол педаль акселератора – и все происходящее скрылось в густых клубах дыма из-под буксующих колес.

Когда он рассеялся, выяснилось, что серьёзнее всего пострадали двое. Если для нескольких пилотов, включая самого бразильца, все закончилось поломанными антикрыльями, то для Михаэля Шумахера и Дэвида Култхарда гонка оказалась закончена, едва начавшись. Причем немец, собственно, и был тем, кто поначалу подтолкнул Баррикелло, а вот шотландец, что называется, просто попал под раздачу.

Начало массового столкновения на старте Гран При Аргентины 1997 года

Не секрет, что в Аргентине Скудерия пользуется особой популярностью, потому многие болельщики ожидали остановки гонки и повторного старта, но судьи FIA лишь выпустили машину безопасности – кстати, за её рулем едва ли не единственный раз в истории Ф1 сидела женщина – местная пилотесса Синтия Акель. Один из маршалов выбежал к трассе и стал размахивать красным флагом, но его усилия оказались тщетны – гонщики продолжали движение, а вот организаторов Гран При за этот поступок позже оштрафовали на 10 тысяч долларов.

После рестарта пелотон продолжил нести потери. Почти сразу сошел из-за поломки сцепления занимавший второе место Хайнц-Харальд Френтцен из Williams, вскоре отказ электросистемы Ligier вывел из борьбы Оливье Паниса, который позже сокрушался, что лишился верной победы, поскольку на момент схода начал прессинговать лидировавшего Жака Вильнева, планируя при этом останавливаться в боксах всего два раза против трех у канадца.

Пилоты Benetton и McLaren были в этот день явно не в своей тарелке, так что единственными соперниками Вильнёва стали Эдди Ирвайн из Ferrari и новобранец Jordan Ральф Шумахер. Оба были чуть медленнее Жака, но ирландец планировал добраться до финиша с двумя пит-стопами, а младший брат чемпиона мира и вовсе с одним. Правда, план Ральфа едва не был сорван в самом начале: немец настиг на трассе своего напарника Джанкарло Физикеллу и попросил команду, чтобы та посодействовала с обгоном.

Шумахер в тот момент и впрямь был несколько быстрее, но Эдди Джордан и слышать не хотел ни о каких командных приказах. Ральфу ничего не оставалось, как пойти в атаку, две желтые машины столкнулись – и для Физикеллы гонка закончилась на обочине. Но и немцу потерянные в этом эпизоде пять секунд стоили дорого – после одного из пит-стопов Вильнев вернулся на трассу прямо перед ним, тогда как при ином развитии событий мог бы оказаться позади…

Борьба Жака Вильнева и Эдди Ирвайна на финальном отрезке Гран При Аргентины 1997 года

Ирвайн на протяжении 15 финальных кругов неотступно следовал за канадцем, но тот имел преимущество в скорости на прямых – и смог выстоять. Победа в Буэнос-Айресе вывела сына Жиля Вильнева в единоличные лидеры чемпионата мира, а для каждого из двух остальных пилотов, поднявшихся вместе с ним на подиум, аргентинский результат стал к тому моменту лучшим в карьере.

Интересно...
Команда Tyrrell привезла на третий этап сезона интересную новинку. Машины получили четыре дополнительных аэродинамических элемента. Два из них находились по бокам от носового обтекателя, ещё два – на высоких стойках справа и слева от кокпита. Последнее решение, получившее название Х-крылья, было в дальнейшем скопировано многими командами.

Tyrrell 025 под управлением Мики Сало на Гран При Аргентины 1997 года

Машины приобретали странный вид, но получали дополнительную прижимную силу. Х-крылья запретили через год, когда Жан Алези, выезжая с пит-стопа, оторвал одно из них, зацепив пневматические шланги гайковертов у соседних боксов...

Моторы Peugeot

Двигатель Peugeot A6, установленный на McLaren. 1994 год

Ральф Шумахер, поднявшись на подиум, улучшил статистику не только себе и команде Jordan – его подиум стал достижением и для моторов Peugeot. Французские двигатели использовались в Ф1 на протяжении семи сезонов, их устанавливали на машины трёх команд, а лучшим результатом стали пять вторых мест, три старта с первого ряда и одно лучшее время круга.

Компания, символом которой выступает стоящий на задних лапах лев, всерьез обратила свое внимание на гонки в середине 80-х. Французы поочередно покорили чемпионат мира по ралли, знаменитый марафон «Париж-Дакар» и состязания на выносливость. В начале 90-х заводская команда Peugeot была непобедима в Ле-Мане и других марафонах. Дошло до того, что в 1993-м её пилоты заняли на кольце Сартэ весь подиум.

Но вскоре после этого руководитель спортивных программ компании Фредерик Сен-Жур заявил руководителю команды Жану Тодту, что совет директоров не готов и дальше финансировать программу. Тодт ушел в Ferrari, чтобы в скором времени привести команду к триумфу, а тем временем гонки на выносливость быстро теряли популярность – и тогда в Peugeot также решили обратить внимание на Формулу 1. При этом президент концерна Жак Кальве не был уверен, что это правильный шаг, но Сен-Журу удалось уговорить босса.

Программу разработки двигателей возглавил Жан-Пьер Жабуй: тот самый, что два десятилетия назад учил ездить «желтые чайники» Renault. Переговоры вели с тремя командами – Benetton, Jordan и Larrousse, однако в итоге удалось найти партнера, о котором другие производители двигателей могли только мечтать – McLaren. Рон Деннис, лишившись давних партнеров из Honda, искал новую компанию, которая позволила бы вернуть его команде былые позиции.

Однако на деле в дебютном сезоне 1994 года все оказалось куда сложнее. Если удавалось добраться до финиша, то лидер команды Мика Хаккинен почти всегда поднимался на подиум, по мере сил помогал напарнику и Мартин Брандл – прежде всего, стоит отметить второе место британского ветерана в Монако. Увы, поломки моторов преследовали команду, подобно страшному проклятью. Тот же Хаккинен в десяти первых Гран При всего дважды смог увидеть клетчатый флаг. Неудивительно, что Деннис, не дожидаясь конца сезона, объявил о том, что в 1995-м будет сотрудничать с Mercedes.

Но и французы сдаваться не собирались. На базе 3,5-литрового двигателя А6 разработали новый A10, объем которого, в соответствии с регламентом, был уменьшен на пол-литра. Удалось договориться о сотрудничестве с Эдди Джорданом. Поломок стало меньше, но и уровень команды был совсем другим. Ирландским частникам, выступавшим в Ф1 без году неделя, удавалось более-менее регулярно зарабатывать очки и порой добывать призовые кубки, но стороны оставались недовольны друг другом: команду не устраивало по-прежнему большое количество отказов, а представителей Peugeot – не слишком конкурентоспособное шасси.

Сотрудничество продлилось три года, после чего Jordan начала побеждать с моторами Mugen-Honda, тогда как новым партнером Peugeot стал Ален Прост. Француз как раз купил команду Ligier, неплохо провел дебютный сезон в качестве её руководителя, и привлечение соотечественников под эгидой создания «национальной гоночной сборной» было вполне логичным шагом.

Очередная поломка мотора на Prost Peogeot Жана Алези

Однако созданное Лойком Бигуа шасси AP01 оказалось практически безнадежным, по сравнению с Jordan это был большой шаг назад. Да и двигатели по-прежнему не блистали выдающимися характеристиками. Позже Прост признавался, что нужно было сразу отказываться от продолжения сотрудничества с Peugeot, но у него не хватило решимости пойти на столь радикальный шаг. В итоге за три следующих сезона единственным светлым пятном стало второе место Ярно Трулли на Гран При Европы 1999 года. Да и то – если признать честно – этот результат оказался в большей степени следствием удивительно удачного стечения обстоятельств, чем заслугой команды.

В итоге боссам Peugeot Формула 1 окончательно набила оскомину. Так и не сумев добиться успеха, французы оставили чемпионат мира. Триумфаторы Ле-Мана потерпели неудачу в Больших Призах – и никогда больше даже не заикались о возвращении.


Использование материалов без письменного разрешения редакции F1News.Ru запрещено.
Другие новости