При поддержке Total

рассказываем о событиях легендарного ралли

Дакар: 60 сходов за четыре дня

Позади всего четыре дня из 14-и на ралли-рейде «Дакар-2018», а караван уже недосчитался 60 экипажей из 335 стартовавших. В абсолютном выражении самые большие потеря понесла категория автомобилей, где борьбу вынуждены были прекратить 23 экипажа. В их числе два гонщика ведущей немецкой команды X-Raid Брайс Мензис и Нани Рома.

Мотоциклисты потеряли уже 21 участника из 141-го, грузовики 10 из 44-х, квадроциклисты 6 из 47-и, в SxS пока один сход. Фактически, впрочем, ситуация ещё более сложная, ведь многие участники хотя и продолжают гонку, потеряли на различных инцидентов много часов и выбыли из числа претендентов.

На бивуаках только и разговоров о том, что такого сложного «Дакара» не было уже очень давно – если подобное вообще когда-нибудь случалось. На сложнейших песках перуанских пустынь пилоты то и дело вязнут и переворачиваются, а опаснейшие каменистые участки приводят к поломкам подвески или даже пробивают поддоны двигателя.

Особенно тяжёлым оказался четвёртый день, с 330-километровым кольцевым спецучастком Сан-Хуан-де-Маркона – Сан-Хуан-де-Маркона. Целая серия сходов, несколько участников были отправлены в госпиталь – в том числе и бывший тренер питерского «Зенита» Андре Виллаш-Боаш, выступавшего на частной Toyota. По сообщениям с гонки, у португальца диагностирована травма спины.

Страдают и куда более опытные участники. Про Брайса Мензиса и Нани Рому мы уже рассказывали, но на четвёртый день к ним едва не присоединился весь экипаж Артура Ардавичуса, Iveco которого пережила сильнейший удар.

Артур Ардавичус: «Скажу коротко – ударились, взлетели, приземлились так, что штурман вырвал раму крепления навигационных приборов. Я первый раз такое вижу за всю свою карьеру. Волосы встали дыбом, причем буквально. В голове все зазвенело, из машины вышел – будто на Марс попал. Далее выкапывались и снова ехали, застревали и снова выкапывались. Гидроусилитель отказал. Спасибо машине Iveco, крепкая конструкция у Де Роя. Не знаю, как бы другая техника выдержала такой удар.

Пески настолько коварные, что страшно становится. Все в воронках и песочных кратерах. Я понимаю, если по такой трассе проехать на багги, но чтобы проехать здесь на грузовике – нужно иметь много мужества и отваги. Вот и результат: машин в лагере толком нет. Лежат на боку: перевернутые, побитые, с перегретыми двигателями. Нагрузки на моторы дичайшие, техника буквально навзрыд работает».

Всё могло плохо закончиться и для другого гонщика из Казахстана, Максима Антимирова, выступающего на квадроцикле. «В песочном тоннеле на 18-ом километре было два подброса. В роудбуке они были обозначено это как "ЯМА!!!". Три восклицательных знака обозначают самую высокую степень опасности. На первой яме меня подбросило, и в этот момент оборвало шаровую. На втором подбросе я сделал вместе с техникой кувырок - правую подвеску с колесом вырвало, и мы с квадроциклом очень жестко приземлились». При этом Антимиров получил травму, и его участие в гонке под вопросом.

Подробно рассказал о своих впечатлениях от гонки и четвёртом дне ралли-рейда гонщик МАЗ Сергей Вязович.

Сергей Вязович: «Несмотря на, как кажется зрителям, большие гандикапы, видя то, что происходит на трассе из кабины, поверьте мне – ни один пилот не даст никаких гарантий будет ли он завтра на финише вообще. Потому что переворачивались все топовые пилоты: Мардеев, Сотников, Генугтен, Лопрайс, а про ребят не из первой десятки я даже не говорю – все кувыркаются. Пока самое рекордное время подъема после переворота у нас. Все остальные теряют много минут, нам повезло.

Только сегодня мы минимум раз пять были на грани переворота, так как пески были мягкие и зацепа не было. Обычно, когда грузовик имеет скорость, он способен идти в любой уклон, здесь же он не управляется, руля как будто нет. Не помогает ни давление, ни блокировки – мы шли со свободными межосевыми и с заблокированным центром. Инерция машины на этом мягком песке тащит её в любое место, трек лежит между воронок, «ложек».

Нас запускают после внедорожников, но они не могут взять дюны с ходу, мешают друг другу, трек раскопан. Когда идёшь не первым грузовиком, обычно трек виден, здесь же, на «Дакаре-2018», трека нет – как будто муравейник в разные стороны бежал. Едем до следующей точки и штурман переживает только о том, на курсе ли мы, так как следы – кто во что горазд. Видно, что перед нами прошли опытные ребята, специалисты по пескам, но все следы грузовиков в разные стороны. Гонишь неприятные мысли, так как то и дело видишь стоящих или лежащих на боку соперников.

Последние 100 километров дистанции в песках были наиболее сложными. Мало того, что дюны все со склонами, они еще усыпаны «ловушками» – воронками, песчаными обрывами. Грузовик туда затягивает. Обычно ты перевалился за гребень, увидел такую «ловушку» и по краю проходишь её. Здесь это не проходит - ты скатываешься, ссыпаешься вниз. Вспомнили все приёмы езды в песках.

Сегодня "ловушка" была еще одного типа: всегда учу не сидеть на "хвосте" у кого-либо, но обгонял грузовик Scania, а он встал на гребне дюны. Пришлось сдавать задним ходом, и в камеру заднего вида увидел внедорожник. Впереди грузовик, сзади Toyota. Минут 10 просили водителя, чтоб он передвинул машину, так как нашему грузовику было не сдвинуться с места. Куча мотоциклистов и квадроциклов продолжали носиться, когда грузовики уже были на треке – у них явно был непростой день, раз они всё ещё оставались на спецучастке.

С теми приключениями, что у нас сегодня были, третье место в генеральной классификации дорого далось команде. Хотя, я считаю, что "Дакар" должен быть именно таким – это не просто гонка, это испытание для человека, для техники».