Берни Экклстоун отвечает на вопросы

Берни Экклстоун

В сентябрьском номере британского F1Racing Берни Экклстоун отвечал на вопросы читателей, некоторые ответы коммерческого босса Формулы 1 весьма любопытны…

Вопрос: Вы всегда были столь решительны при принятии решений, или это пришло с опытом?
Берни Экклстоун: Я всегда старался быстро добраться на сути и не любил долгих обсуждений. Если есть проблема, её нужно решить.

Вопрос: Я много лет слежу за Формулой 1, но не могу позволить себе билет на трибуны – они стоят слишком дорого. Вы не планируете пересмотреть ценовую политику?
Берни Экклстоун: Мы должны это сделать, но проблема в огромных затратах команд. Мы пытаемся их сократить, и когда эта цель будет достигнута, не будем платить им так много, как сейчас. Снизятся выплаты и владельцев трасс, соответственно, и цены на билеты. Мы хотим, чтобы это произошло как можно скорее.

Вопрос: Какими качествами должен обладать следующий президент FIA?

Берни Экклстоун: Найти замену для Мосли будет непросто, он всегда невероятно много работал. Он скорее главный менеджер, чем президент, он участвовал в решении всех вопросов, со всеми встречался. Я хотел бы видеть более формального президента, который целует младенцев перед телекамерами и оказывает знаки почтения Королеве на официальных мероприятиях.

Вопрос: Как вам удалось стать столь успешным боссом?
Берни Экклстоун: Не знаю, столь ли я успешный босс, как вы считаете, но я всегда старался быть честным. Говоря с партнёрами и спонсорами, я всегда обсуждаю их риски, я должен быть уверен в том, что они владеют всей полнотой информации. Многое основано на доверии, и моё рукопожатие тверже любого контракта.

Вопрос: Кого из боссов команд вы считаете своими друзьями?

Берни Экклстоун: Я с 1972 года знаю Луку ди Монтедземоло, мы действительно хорошие друзья. Хороший ли друг Флавио? Он считает, что хороший.

Вопрос: Насколько серьёзно вы пытались пройти квалификацию в Монако, в 1958-м? Вы были разочарованы результатом?

Берни Экклстоун: Я не был разочарован, я знал, что у меня нет шансов бороться с заводскими машинами, но честно попытался. Я всегда был гонщиком, я гонялся на мотоциклах и машинах, мне нравилась конкуренция, хотя в молодости я не относился к гонкам серьёзно. Мне было двадцать лет, я торговал машинами, но те парни, с которыми я боролся на трассе – Стирлинг Мосс, Питер Коллинз – они воспринимали всё иначе, они были настоящими профессионалами. В Брэндс-Хэтч я угодил в серьёзную аварию, и подумал, что худшим вариантом было бы провести остаток жизни прикованным к постели. Тогда и был сделан выбор.

Вопрос: Когда Гран При США вернётся в календарь?

Берни Экклстоун: Это должно произойти как можно скорее, сейчас мы ведём переговоры с представителями двух трасс. Не думаю, что Формула 1 когда-нибудь вернётся в Индианаполис, скорее гонка пройдёт на западном или восточном побережье. Или, между ними.

Вопрос: Как добиться увеличения числа обгонов в Формуле 1?
Берни Экклстоун: Гонщики должны больше атаковать, именно поэтому я предложил систему определения победителей по числу медалей на подиуме. Сейчас тот, кто едет вторым, не будет бороться с лидером, ведь цена этой борьбы – лишь два очка. Если она возрастёт и от количества побед будет зависеть имя чемпиона, ситуация изменится.

Вопрос: Чем бы вы хотели запомниться людям?
Берни Экклстоун: Я хочу, чтобы меня вспоминали, как справедливого и честного человека.

Вопрос: Кто вам нравится больше, Лука ди Монтедземоло или Макс Мосли?
Берни Экклстоун: Я давно и хорошо знаю их обоих, но выбрать не смогу – они слишком разные.

Вопрос: Когда встал вопрос о сокращении затрат, вы были готовы к тому, чтобы уменьшить свой процент от доходов Формулы 1?
Берни Экклстоун: Я не получаю проценты от дохода Формулы 1, я – руководитель компании, которая ведёт бизнес и платит командам за участие в гонках.

Вопрос: Скажите честно, у стюардов всегда было предвзятое отношение к McLaren? Они принимают решение в пользу Ferrari?

Берни Экклстоун: Я не занимаюсь спортивными вопросами, об этом лучше спросить у Ferrari или McLaren. Стюарды делают свою работу. Здесь как в футболе, если вы проиграли, значит, где-то допустили ошибку. Стюарды могут ошибаться, могут принимать неверные решения, но они должны быть в этом спорте.

Вопрос: Какой вы видите Формулу 1 через двадцать лет?
Берни Экклстоун: Если бы вы задали мне этот вопрос двадцать лет назад, я не смог бы ответить. Не смогу и сейчас. Формуле 1 шестьдесят лет, она будет и в будущем.

Вопрос: Когда вы начнёте думать о спорте, а не о деньгах?

Берни Экклстоун: Я не думаю о деньгах, кроме того, они не имеют отношения к спорту.

Вопрос: Есть ли понятие такта в вашем словаре?
Берни Экклстоун: Есть, но не стоит путать такт с честностью. Я не политик, и часто говорю то, что думаю. Иногда мой юмор кажется «черным», не зная меня достаточно хорошо, люди не всегда понимают, что именно я хотел сказать.

Вопрос: Когда начнутся трансляции Формулы 1 в высоком разрешении?
Берни Экклстоун: Как только будет достаточное число желающих. Сейчас не у всех есть телевизоры, позволяющие показывать картинку в высоком разрешении, ситуация напоминает времена появления первых цветных телевизоров, когда многие не могли смотреть цветные передачи, имея черно-белые телеприемники. Мы обсуждаем этот вопрос, примерно 50% компаний, транслирующих гонки Формулы 1, хотели бы получать сигнал в HD.

Вопрос: Вы смотрите трансляции других гонок?
Берни Экклстоун: Да, MotoGP – там много обгонов и гонщикам нужно не так много места, чтобы совершить маневр. Я болею за Валентино Росси, он удивительный гонщик, прекрасный парень и мой хороший друг.

Вопрос: Для вас действительно важнее видеть в календаре Турцию и Бахрейн с пустыми трибунами, чем аншлаг в Сильверстоуне и Спа?
Берни Экклстоун: Я не знаю, в чём дело с Турцией – или организаторы недостаточно активны в маркетинге, или турецких зрителей не интересует автоспорт – меня беспокоит эта проблема.

Некоторые критикуют Китай, но это неудачный пример – в Шанхае очень вместительные трибуны – 350 тысяч мест, и 130 тысяч проданных билетов, которые гарантировали бы аншлаг на любой другой трассе, в Китае позволяют заполнить их лишь на треть. Должно пройти пять-шесть лет, чтобы добиться большей посещаемости на новых трассах.

Вопрос: За долгие годы в Формуле 1 кто произвёл на вас наибольшее впечатление?
Берни Экклстоун: Энцо Феррари и Колин Чепмен. Энцо был мудр и благосклонен, даже когда команды находились в состоянии войны, а Колин во всём был лучшим. Лучшим гонщиком, лучшим конструктором, лучшим инженером, и очень хорошим парнем.

Вопрос: Вас беспокоит долгосрочное будущее Формулы 1, или ваша задача в том, чтобы оказаться сильнее в каждом конкретном политическом противостоянии?
Берни Экклстоун: Большую часть своей жизни я провёл, работая над реформированием Формулы 1, и хотел бы видеть её преуспевающим чемпионатом. Я работаю не ради денег и власти, я делаю то, от чего получаю удовольствие, я хочу, чтобы Формула 1 была успешной.

Вопрос: Гонщики Формулы 1 далеки от болельщиков, почему вы не хотите сократить эту дистанцию?

Берни Экклстоун: FOTA работает в этом направлении, но здесь множество факторов. Когда Михаэль Шумахер выступал за Ferrari, у него был контракт с одной телекомпанией, а другим приходилось ждать своей очереди. Не всегда гонщики стремятся к общению, их трудно заставить делать то, что им не нравится.

Я считаю, что дистанция должна быть сокращена, и мы уже добились некоторого прогресса – организованы обязательные интервью и автограф-сессии. Проблема в том, что если один-два гонщика отказываются, другие задают вопрос: «Почему мы должны делать то, что не делают эти двое?» Я не раз говорил о том, что гонщик, выигравший титул, должен в таких случаях брать инициативу на себя. Если чемпион будет ближе к болельщикам, остальные последуют его примеру.

Вопрос: Вас по-прежнему интригуют результаты Гран При?

Берни Экклстоун: Конечно. На трассе меня часто спрашивают: «Кто выиграет?» Я говорю – Феттель, но результаты непредсказуемы, и я всегда с любопытством слежу за квалификацией и гонкой. Мне нравится атмосфера вызова и волнения на пит-лейн, мне повезло – я могу наблюдать за происходящим в самом центре событий.

Вопрос: Жан Алези говорил, что получил от вас телеграмму, вы писали, что считаете себя «его болельщиком номер один». За все эти годы, кто и почему был вашим любимым гонщиком?
Берни Экклстоун: Я был очень близок с Йохеном Риндтом и всеми парнями в Brabham, те их из них, кто жив, и сейчас мои хорошие друзья. Карлос Ройтеман был очень хорош, но Йохен – особенный.

Кто был лучшим? Не знаю. Сегодня мне нравится Феттель и Льюис, но проблема всегда в том, за какую команду выступает гонщик, насколько быстра его машина. Год назад многие считали, что Дженсона Баттона пора отправить на пенсию, а сейчас вы видите, насколько он быстр за рулём конкурентоспособной машины.

Себастьян Феттель нравится мне открытостью в общении с прессой и болельщиками, кроме того, он действительно быстр.

Вопрос: Вы знаете, кто скрывается под маской Стига в Top Gear?

Берни Экклстоун: Понятия не имею.

Вопрос: Если бы в 2010-м вы стали во главе команды Формулы 1 и имели неограниченный бюджет, кого из гонщиков вы бы пригласили?

Берни Экклстоун: Это простой вопрос, Себастьяна и Льюиса.

Вопрос: Бывает ли у вас свободное время, и как вы его проводите?
Берни Экклстоун: Я бы нашел, чем его занять, но свободного времени нет. Я всегда занят, и, знаете – мне это нравится!

Текст: . Источник: По материалам F1Racing
Использование материалов без письменного разрешения редакции F1News.Ru запрещено.
Другие новости